Статьи 2

Автор: Что толку копить горькие факты, собирать просчеты, упущения? Что-то надо предпринимать безотлагательно, в высшей степени энергично, чтобы изменить положение, выйти на прежние показатели — на каждую крестьянскую семью иметь хотя бы один улей. Хватит сил прибавлять пасеки? Сельских семей меньше и меньше. В начале века аграриев в стране было 75-80 процентов, сейчас соотношение противоположное — на селе живет четвертая часть народа.
Хадиуллин: Утверждать «хватит» чересчур смело, надо прыгнуть выше себя, но нет беды страшнее, чем сидеть сложа руки. Что делать? Надо считать не пасеки, а начинать с медовых запасов садов, лугов, лесных пущей, сеяных полей. Раз есть в полях гречиха, почему не считать, что на каждом гектаре она может дать 70 килограммов меда, гектар липового леса выделяет одну тонну нектара. Безотходная технология начинается с природы!
Другая беда, которая пасекам страшнее клеща Варроа, — все большие медовые начальники болеют утопическими прожектами собрать пчел в спецхозы-гиганты, которые зальют страну медом. Идея, пожалуй, не без резона, какие-то выгоды в специализации отрасли проглядываются, но практика исполнения замысла ошибочна. Спецхозы создают не на пустом месте, а отобрав пасеки у колхозов и совхозов. Поэтому несколько сот «сладких» спецхозов прибавки ульев в стране не обеспечили, а урон пасекам нанесли.
Все рады стараться; пасеки стали исчезать не только в неблагоприятных местностях, но и в регионах, которые по традиции считаются медовыми. В Татарии за последние 10 лет число пчелиных семей сократилось на 34 тысячи, уронила медовую репутацию Башкирия, здесь без пчел хозяйствуют 200 колхозов и совхозов. Разве не срам: колхоз не может порадовать детишек, доярок и механизаторов сотом хорошего меда! Зачем тогда жить на природе, если в деревне чай пить с фабричными леденцами?!
Испокон веку если крестьянский двор оставался без коровы, лошади, хозяев жалели, но жить без колоды пчел считалось постыдным. Таким мужикам не сочувствовали, а на все село конфузили. У теперешних мужиков ни стыда, ни совести. Как ни хлопотливо, я свои пасеки не отдам ни за какие самые сладкие коврижки.
Как тогда жить, хозяйство вперед вести, ведь на земле людей можно удержать только полной гармонией крестьянской жизни, чтобы в озерах рыба водилась, в садах пчелы жужжали, вокруг прибавлялись леса. Село без пчел -это все равно, что лес без птиц, речка без рыбы. Не будет пасек в колхозе -перестанут держать пчел и колхозники, зависимость тут самая прямая. У нас в колхозе пчел 900 семей, и многие колхозники держат свои ульи. Если все поделить на число дворов, на каждый два-три улья приходится.
Пчела — козявка умная, сообразительная, но знать, в каком улье она обитает, в колхозном или совхозном, спецхоза или частника, ей не дано. Взяток зависит не от концентрации, а от того, как водить пчел. Не держать, а именно — водить. На продажу выводит 3 тысячи маточек. И колхозу приносит прибыль, и сама получает больше председателя.

Опубликовано на сайте 31 мая 2010 12:11 ДП